История Загорянки

История городского поселения Загорянский

100 лет назад здесь был лес. Принадлежал он дворянам Кисель-Загорянским, усадьба которых находились в селе Образцово. Было их четыре брата - Николай (1871 г.р.), Михаил (1873), Иван и Александр (1883) Николаевичи. Вероятно, около 1906 г. их мать, владелица земель, имение разделила.

Младшие Иван и Александр решили построить дачный поселок, как это делали многие обедневшие владельцы подмосковных имений. Помните, пьесу «Вишневый сад» А.П. Чехова? Разорившаяся помещица Раневская страдает от того, что c любимым с детства садом надо расстаться, чтобы выручить за него деньги. В конце пьесы сад рубят, чтобы продать землю дачникам. Вот так, в 1912 г. братья Кисель-Загорянские разбили землю на участки и опубликовали в печати представленный план и следующее объявление к нему:

«Изображенный здесь на плане дачный поселок «Кисель-Загорянский» находится на 26-ой версте от Москвы на правой стороне полотна Щелковской ветки Ярославской железной дороги при платформе «Загорянская», непосредственно прилегающей к означенному поселку. Высокое положение местности (3 сажени выше Мытищ и на 7 саженей выше Соколовской платформы), превосходный хвойный лес: ель и сосны в возрасте от 50 до 70 лет, отсутствие поблизости фабрики, удобное сообщение с Москвой делает это место гигиеничным и приятным дачным участком.

Мытищинские ключи, имеющиеся в поселке, доставляют превосходную питьевую воду; в десяти минутах ходьбы от платформы владельцами поселка заарендован берег на реке Клязьма, где будет устроено два купания для бесплатного пользования ими жителями поселка.

Заселение этого дачного поселка уже началось и, несмотря на только что начавшуюся распродажу, в поселке уже продано до 75 участков мерою от 600 квадратных сажен; в вечное владение - от 75 копеек за квадратную сажень и в арендное пользование на срок до 36 лет - от 5 копеек за квадратную сажень удобной земли.

При покупке допускается рассрочка платежа: со взносом при покупке 40% стоимости, сроком до пяти лет под первую закладную купленного участка из 6% годовых. Осматривать участки можно ежедневно, для чего следует обращаться в контору поселка, находящуюся при платформе «Загорянская» или к проводнику на платформе «Загорянская».

Таким было начало дачного поселка.

Основатели этих лесных дач Кисель-Загорянские были польского герба Кисель, к которому принадлежали фамилии Брусиловых, Кисель-Брусиловых и Кисель-Загорянских. Недавно удалось в «Малороссийском гербовнике» найти этот герб. В описании указано: в красном поле щита белый шатер, увенчанный золотым кавалерским крестом (один из предков награжден золотым орденским крестом). Над щитом дворянский рыцарский шлем, в его нашлемнике три страусовых пера, обремененных тремя коронованными башнями. (рис. 2 и 3)

Ветвь основателей поселка - православного вероисповедания - ведет начало от священника Матвея Денисовича, внука киевского воеводы. Кавалерский крест на гербе - заслуга его сына Никифора Матвеевича, получившего орден св. Владимира 4 степени.

Сын Никифора Петр был генерал-майором, его же сын, Николай Петрович - отец названных выше братьев - дослужился до майора. На погосте у церкви Рождества Богородицы в селе Образцово сохранилась его могила и памятник - каменная глыба с вырастающим из нее прямым крестом и датой: 19 мая 1844 г. - 26 дек. 1904 г.

Николай Петрович Кисель-Загорянский, окончив в 1862 г. Николаевское кавалерийское училище, служил во Владимирском пехотном полку. В 1869 г. был уже капитаном и награжден орденом св. Станислава 3 степени. В 1870 - делопроизводитель воинского начальника Московской губернии. Появление его в наших краях связано с женитьбой на Софье Павловне Папышевой, девушке купеческого звания. Мать её, Екатерина Илиодоровна, в девичестве Ляпина, из богатой купеческой семьи, в чьем владении было большое имение Образцово в тысячи десятин.

Майор уволился из армии «по домашним обстоятельствам» в 1870 и стал управляющим этого имения, перешедшего затем полностью от Ляпиных к его жене. В наследство от матери ему достались сотни десятин в Новгородской губернии, принадлежали дома в Москве (на Сухаревской-Садовой и Мясницкой улицах).

К 1912 г. лесная территория будущего поселка была во владении сыновей Николая Петровича - Ивана и Александра.

Иван родился в 20.11.1881 г., окончил юридический факультет Московского университета, служил в московском офицерском экономическом обществе. В чине подпоручика, затем поручика сражался на фронтах 1-й мировой войны в 3-м Сибирском мортирном артиллерийском дивизионе. За 2 года до основания поселка он венчался с некой Еленой Ивановной в 1910 г. Мы приводим здесь автограф его подписи на купчей участка Сахаровых в пос. Загорянском. После революции он служил во Всесоюзном Сольсиндикате, проживая, согласно данным Справочника «Вся Москва, 1928 г.» на правом Петроградском шоссе, д. 20. Дальнейшая его судьба неизвестна.

Второй из основателей поселка, брат Александр, был младшим сыном в семье. Окончил 7-ю московскую гимназию и тот же юридический факультет. В 17 лет (в 1904 г.) был подпоручиком запасной 18 артбригады. Венчался в 22 года (9.9.1909) с Надеждой Николаевной Пановой. В справочнике «Вся Москва, 1916 г.» он указан помощником присяжного поверенного. В 1920 г. в связи с нападением Польши на Советскую Россию многие офицеры пошли добровольцами в Красную Армию. Скончался в возрасте 48 лет в 1935 г.

На торжествах открытия поселка в 1912 главенствовал предводитель уездного дворянства, их старший брат Николай (1871 г.р., см. фото). Он окончил тот же юридический факультет Московского университета в 1894 г. Через 2 года назначен земским начальником 5-го стана (куда входила территория нынешнего Щелковского района). Это были энергичные годы для молодого администратора. За 12 лет работы в земстве были созданы десятки школ в деревнях, продолжена земельная реформа в тесном сотрудничестве с волостным правлением. В 1908 г. Николай Николаевич был избран предводителем дворянства Богородского уезда.

Его деятельность оценило правительство, и в 1914 г. он получил назначение вице-губернатора в Твери, а через 5 месяцев - губернатора в Рязани, где работал до февральской революции. Награжден орденами св. Анны 3-й и 2-й степени, св. Станислава 2-й, св. Владимира 4-й степеней (а затем и 3-й) и высоким придворным званием камергера. Умер Николай в эмиграции в 1956 г. В «Записках уцелевшего» князь Сергей Голицын упомянул его как сидевшего вместе с ним камере Бутырской тюрьмы в 1920-х гг.

Сын его Николай, вероятно, был в Белой армии, отступил с ней в Турцию и скончался в Стамбуле в 1920 г.

Дачные поселки создавались, как правило, у железнодорожных линий, например, пос. Голицыно, пос. Клязьма в Пушкинском районе и др. Железнодорожная ветка Мытищи-Щелково Северной железной дороги была проведена в 1894 г. по ходатайству крупных промышленников а Болшеве (общество «Франц Рабенек»), Мальцеве-Образцове (фабрика, купленная затем Соколовым) и в Щелкове (общество «Людвиг Рабенек», суконная фабрика Синицына, красильно-аппретурная фабрика Поляковых). В 1896 г. были определены железнодорожная станция в Болшеве с линиями к фабрикам и остановочный пункт (по требованию) «Образцово-Соколово».
рис. 5

Тогда утром и вечером ходили две пары поездов, еще три шли от Щелкова только до Мытищ, где через 6-10 минут можно было пересесть на архангельские поезда. От Щелкова до Москвы поезд доходил за 1 час 8 мин. (рис. 5)

Кстати, остановка на платформе Соколовская позволила начать строительство ближнего к ней дачного поселка Валентиновка (ул. Валентиновская), да и первые дачники Загорянки сходили там же.

Сам поселок Загорянский открывался как дачное место для служащих Северной железно дороги, поэтому вопрос о дополнительной остановке решился просто. В мае 1912 г. построена насыпь к рельсам и слева (к Клязьме) от нее деревянные мостки образовали платформу. Чтобы остановить здесь поезд, нужно было до Болшева предупредить кондуктора. Печи в вагонах топились чаще всего дровами. Платформа освещалась керосиново-газовыми фонарями. Дорога одноколейной была до 1950-х гг.

Пока нам удалось найти материалы только по нескольким фамилиям первостроителей-дачников. С созданием Муниципального музея Загорянки исследования добавят много новых фамилий.

Одним из самых первых дачников был врач железнодорожной больницы И.С. Сахаров. В их семье сохранился и план-купчая 1912 г. за подписью Ивана Кисель-Загорянского, расписавшегося и за брата Александра. Есть здесь и личная подпись владельца - «Врач Иван Сергеевич Сахаров» (рис. 6, 6а).

По семейным преданиям и сохранившимся в семье воспоминаниям Надежды Ивановны Сахаровой (дочери врача) (Рис. 6б) прадедушка был «…человеком необыкновенного обаяния, доброты и душевной ясности. Стоило ему появиться где-либо, на лицах знакомых появлялась улыбка». Таким и нужно было быть врачу. После окончания университета, он получил место в Московской клинике. Ученик знаменитого терапевта Остроумова «он не щадил своих сил, много работал в клинике, затем на Курской, Ташкентской и Северной железных дорогах, на ликвидации эпидемий холеры и сыпного тифа... Отец работал так, как редко кто теперь работает и, можно сказать, сгорел на работе. Умер в 56 лет в 1922 г. от грудной жабы».

Жена врача, Александра Николаевна, - из рязанских дворян Левицких. Дед ее Николай Павлович Левицкий был действительным статским советником и кавалером орденов св. Анны и св. Владимира. Их небольшой особнячок на Старой Басманной улице (№7) привечал многих друзей из Рязанского края и рязанского землячества в Москве. Там жили потом и Озеровы.

На 7-м просеке в Загорянке (сегодня - ул. Николая Озерова, 16) в доме Сахаровых разместилась позднее церковь, а рядом - деревянная колокольня (см. далее отдельный рассказ о храме Преображения).

8-й просек (ул. К. Маркса) изначально был наиболее заселен. В 1912 г. здесь купил участок и построил дачу московский предприниматель (владелец овощных магазинов) Михаил Александрович Зязин.

В архиве Москвы нашелся интересный документ 1925 г. со списком членов загорянской церковной общины, где упомянуты многие первостроители поселка (часть ФИО записаны неразборчиво): Бабкин Гавриил Федотович, 7 просек; Бибернейт Любовь Алексеевна, 3 п-к; Боровитин Павел Николаевич, 8 п-к; Быкова Параскева Николаевна, 8 п-к; Владимировна Елена Николаевна, 7 п-к; Дубинин Александр Семенович, 10 п-к; Дутиков Александр Аполинарьевич, 9 п-к; Захаров Павел Федорович, 9 п-к; Истомин Петр Сергеевич, 8 п-к; Карманов Иосиф Матвеевич, 13 п-к; Комаров Тимофей Антонович, 12 п-к; Ловцов Павел Сергеевич, 7 п-к; Львов Николай федорович, 11-й просек; Ляпин Гавриил Михайлович, 6 п-к; Макаров Сергей Ильич, 3 п-к; Матвеев Алексей Иванович, 10 п-к; Нориков Егор Кузьмич, 9 п-к; Ольшевская Елизавета Николаевна, 8 п-к; Петров Павел Николаевич, 6 п-к; Пономарев Константин Петрович, 9 п-к; Попов Александр Павлович, 11 п-к; Росляков Афанасий Петрович, 6 п-к; Рыжов Иван Тимофеевич, 8 п-к; Чудакова Антонина Гавриловна, 10 п-к.

В числе первостроителей был потомственный дворянин Болеслав Александрович Ольшевский. Его жена Елизавета Николаевна из рода Чегодаевых, тоже потомственных дворян. На части участка здесь живет теперь его внук Борис Михайлович и его родные (Рис. 7)

В 1916 г. построил дачу москвич Август Карлович Мейер (1875-1948). У него было две дочери - Дагмара и Гертруда. Он здесь дожил до начала Великой Отечественной войны, когда по спецуказу немецкие семьи были интернированы и выселены в Казахстан. Часть дачи сегодня принадлежит потомкам Дагмары. По их воспоминаниям, инженер Мейер начинал свою жизнь простым рабочим в угольной шахте, потом его приметили и послали учиться в Германию. (Рис. 8)

На 13-м просеке (ул. Кутузова 13) сохранился великолепный дом, построенный (по легенде) основателем поселка Александром Кисель-Загорянским для своей любовницы. Говорят, что она была немка и с началом Первой мировой войны уехала к себе на родину. Усадьбой управлял некий Карманов, от которого в 1934 г. она перешла к Беспалову В.А., чьи потомки живут здесь и доныне. (Рис. 9)

Летописец Загорянки, фронтовик Михаил Барышев (рис. 10) указал (см. ж-л «Щелково» №3-2002) фамилии еще нескольких пионеров строительства дач в Загорянке. Он привел несколько интересных фотографий дачи Дутиковых и Зязиных (рис. 11, 12).

В Москве нашелся портрет еще одного старожила с 10-го просека - Дубинина Александра Семеновича (1890-1946) из списка церковной общины 1925 г. Кадровый военный, он был родом из Жегалова (13).

Михаил Барышев Упоминает и дачу на 9-м просеке некоего Мартинсона-Ферекеля да Егора Норикова, да дом Гаврилы Федотовича Бабкина, на углу 7-го просека с пекарней и хлебной лавкой. Говорят, что его потомки живут там же и даже держали маленький магазинчик в 1990-е годы.

По традиции дачных лесных поселков улицы обозначались как просек (именно так, мужского рода) с порядковым номером (потом пробили две дополнительных улочки и после войны перенумеровали их и стали звать линиями, потом всем дали революционные названия). Если идти по Центральной улице (теперь Пушкина) от платформы, то справа таких просеков было 13. Они-то и заселялись в первую очередь, а левая незаселенная часть использовалась пока для увеселений (летний театр, тенисные и крокетные площадки и т.п.).

Центральная улица была замощена булыжником. Барышев, мать которого была секретарем дачного кооператива, пишет, что «постепенно строились дачи, формировались улицы, прокладывались дороги и тротуары. Появился на восточной стороне и большой летний театр на 300 мест и две деревянные танцверанды.

Около платформы, на 1-м просеке, стояла контора поселка - большое деревянное строение. В начале 1920-х гг. контору разобрали и поставили на большом поле, южнее Загорянки, образовавшемся в результате большого лесного пожара. Во время сильной засухи выгорело несколько квадратных километров леса южнее 13-го просека. Пожар подошел к самой Загорянке, но население и солдаты все же сумели отстоять поселок. После пожара выкорчевали пни, привезли контору от станции и организовали совхоз. Пни отвозили на Щелковский литейный завод на топливо.

На 1-м просеке стояла избушка, здесь до 1920-х годов жил сторож, на 2-м была только 1 дача, на 3-м - четыре, на 4-м не было ни одной, на 5-м стоял один дом-сарай, в котором жил лесник Николай Митриков. И только от 6 до 9-го просека было по 7-9 дач, а на 10-13-м - по две-три.

Одну из самых первых дач на Загорянке построил Егор Нориков. Он открыл на своей даче продовольственную лавку, там же можно было и поесть. Туда приходили обедать рабочие, которые обустраивали поселок.

Пруд-баранка

На этом участке был вырыт грандиозный пруд-кольцо вокруг поросшего соснами участка. Дачники назвали пруд «Баранкой» или «Бублик». (рис. 14). Переправлялись на остров на небольшом «паромчике» - лодке с канатом от берега до сосны на острове. А для прогулок вокруг острова к услугам дачников была всегда пара лодок. Зимой расчищали лед от снега и для дачников открывали каток. Позднее, в 1930-х годах, здесь был построен пешеходный мостик и на острове организована танцплощадка. Пруд этот сохранил свое очарование и сегодня, но требует серьезного благоустройства.

В конце 9-го просека был еще естественный пруд, ставший местом отдыха загорянской детворы и летом, и зимой (каток).

Революционные события, голод, отсутствие отопления в домах вытеснили из Москвы на постоянное жительство в Загорянку многих дачников. Часть из них арендовала дачи у родственников, уехавших из Москвы в эмиграцию или в другие города. Многие начали арендованные дачи сдавать в субаренду.

Барышев рассказывает, что их семья приехала на Загорянку в 1920 году и поселилась на даче Мартинсона-Ферекеля, арендованной отцом. «И эту красивую, большую, трехэтажную (на 3 этаже была только одна комнатка с балконом) дачу летом мы стали сдавать. Сами жили в небольшой пристройке. Дачники были очень интересные. Несколько раз приезжал граф Чернецкий со своей экономкой Палагеей Моисеевной, потом дачу снимали немцы Елизавета Карловна и Карл Карлович с сыном Бубби, затем - начальник Бутырской тюрьмы Борис Михайлович Стриженов, позже - секретарь Исполкома Коминтерна Мануильский со своей семьей.

Бывший хозяин этой дачи во время революции зарыл в саду какие-то богатства. В 1921 году приехали несколько бравых парней за этим кладом и стали его искать. У них, очевидно, был план. Они долго что-то мерили на нашем участке, потом стали рыть, но ничего не нашли. Что было дальше, я не видел, так как меня с младшими дядьями отослали на станцию, чтобы мы поехали к деду в Турабьево. На станции нам пришлось очень долго ждать поезда, они в то время ходили редко. Вдруг видим, идут эти парни и двое из них несут на здоровенной палке большой кожаный чемодан. Видимо, нашли, и клад был хороший, раз несли чемодан вдвоем. Они перешли железную дорогу и ушли в лес» (Возможно, что немало еще сокровищ спрятано в загорянской земле - Г.Р.).

В 1920 году в поселке было около 60 добротных дач. Все дачи скрывал лес. «Бывало, идешь от станции к поселку, и ни одной дачи не видно, а когда идешь от станции по правому тротуару, над тобой свисают ветви елей и сосен. Станционный зал ожидания с билетной кассой зимой отапливался большой печью. У начальника станции Алексея Ивановича Сапожкова была жена Елена Максимовна и сын Иван 18-20 лет, помогавший отцу. Дорога от платформы к поселку шла под уклон. Зимой мы, дети, ее раскатывали на санках, лыжах и коньках. Алексей Иванович гонял нас, опасаясь за пассажиров».

Началось обустройство поселка. В доме Мартинсона-Ферекеля на 9-й просеке в конце 1930-х разместилась начальная школа (впоследствии здесь построили школу № 2 (Рис. 15). Правда, большой летний театр предприимчивые щелковцы разобрали и увезли в городской сад в усадьбе Рабенеков на Соболевке. В поселке оставались, вероятно, с дореволюционных времен, теннисные корты. Были устроены и новые корты. Наряду с индивидуальным строительством велась бурная организация дачно-строительных кооперативов.

В небольшой комнате в одном из домов разместился и первый «очаг культуры» - красный уголок (не потому ли улица Красная имеет такое название). Здесь можно было почитать газеты, послушать лекции, проходили торжественные собрания, стала организовываться художественная самодеятельность. Позднее в здании поссовета открылась изба-читальня.

В 1930-е годы на восточной стороне Загорянки (улица Пионерская) появились палатки пионерских лагерей, там же построили столовую и контору для начальства. От того времени сохранилось название улицы Лагерная, где построил дачи кооператив Электролампового завода. Возможно, что и пионерлагерь был от этого же завода.

Из воспоминаний М. Барышева: «После нэпа в конце 1920-х отобрали лавку у Норикова и организовали первый загорянский кооператив, в который вступили почти все жители поселка. Нам выдали членские книжки, - пишет Барышев. - Когда мы платили кооперативные взносы, в эти книжки вклеивали марки. Потом этот кооператив превратился в простой магазин. Председателем кооператива, заведующим и продавцом магазина много лет проработал Николай Семенович Кулаков. А дом этот стоит до сих пор, и магазин работает.

В поселке все знали друг друга, был общественный совет, на общих собраниях решались вопросы благоустройства поселка: чистка канав, ремонт тротуаров, устройство мостиков и даже купален на Клязьме. В начале 1920-х годов уполномоченным поселка был Василий Иванович Сергеев. После него до 1938 года уполномоченным стала моя мать, Мария Николаевна Барышева. Помню, она часто просила меня написать ту или иную справку, что такой-то проживает в поселке Загорянском или что не лишен избирательных прав. В общественный совет поселка в разное время входили княгиня Елизавета Николаевна Ольшевская, Георгий Михайлович Бибернейт, Афанасий Пахомович Росляков, Тимофей Антонович Комаров, Зиля Мейер и другие».

«...Перед окнами дачи тянулась зеленая просека. Если идти по ней, минутах в пяти оказывался слева легкий забор, за которым стоял еловый лес. И в этом лесу простая дачка была приспособлена под храм. Лишь небольшой крест, тонувший в ветвях, показывал, что тут - церковь. Сюда мы бегали без тропинок, через лес, неизменно пролезая сквозь дырку в заборе.» (Из книги матушки Натальи Соколовой «Под кровом всевышнего...». Москва, 2000 г.).

Совсем недавно удалось найти подробности об этой церкви. В Центральном государственном архиве Московской области нашлось дело «Соглашение между начальником милиции и населением о передачи церкви Преображения в пос. Загорянском». Это стандартный акт передачи церкви из «народного достояния» в ведение церковной общины.

При описании отмечается что церковь «…деревянная одноэтажная с колокольней при ней. Церковь находится по 7-му просеку в здании Сахаровой (бывшая сторожка) в отдельном строении в поселке при ст. Загорянская Север. ж/д. Собственного здания церковь не имеет, помещается у гражданки Н.И. Сахаровой в сторожке деревянной, крытой железом.

Колокольня на столбах без крыши с колоколами: большой - 20 пудов, средний - 1,5 пуда и 20 фунтов трех малых колоколов».

Надежда Ивановна Сахарова стала владелицей дачного участка после смерти в 1922 г. своего отца. В 1916 г. она вышла замуж за Озерова Николая Николаевича (первого), сына священника Николая Степановича из села Спас-Утешенье Рязанской губернии (Рис. 16, 16-2). После революции и ряда церковных волнений и споров с «обновленцами» о. Николай оказался в Бутырской тюрьме, а после тюрьмы - в Загорянке. С появлением здесь о. Николая могло быть связано создание в 1919-1920 г. церкви (сначала как домашнего храма) в небольшом флигеле на даче Сахаровых. В 1923-25 гг. был избран Церковный совет, и в деле имеются некоторые подробности о его членах.

1. Матвеев А. Иванович, 47 лет, жительствует 10-й просек д. 79, безработный, 1877 г.р., до 1917 г. - рязанский мещанин.

2. Бабкин Гаврила Федотович, 60 лет, 7-й просек д. 256 (нумерация дана по общему плану участков 1912 г.), ведет домохозяйство, 1864 г.р., до 1917 - крестьянин, собственный дом (о его пекарне вспоминал Барышев).

3. Пономарев Константин Петрович, 38 лет, 9-й просек д. 324, безработный, 1886 г.р., до 1917 - гражданин из Ярославля.

В справке церкви записано: «Постоянного священнослужителя при церкви нет, и по мере надобности священники приглашаются из ближней церкви» (к 1925 г. священник Николай Озеров уже вернулся в Спас-Утешение). В деле приведена опись храма с 37 иконами.

Старожилы вспоминают, что в 1935 г. в церкви еще шли службы и они причащались там в детстве.

Зязина Алла Леонидовна поведала многое из старины. Оказалось, что рядом с ними, вероятно, в конце 1920-х, был построен дом священником Рыжовым, служившим в этой церкви. Потом его сослали, дом отобрали и вселили пионерлагерь, а затем дачников ДСК Электролампового завода. Имени его она не знала. Наверное, это был Рыжов Иван Тимофеевич, записанный в числе членов церковной двадцатки в 1925 г. и живший на 8-м просеке в собственном доме.

Отец ее, Зязин Леонид Михайлович, был большим любителем пения и сам пел на клиросе. По праздникам, думаем, пел и сам хозяин дачи Озеров Николай Николаевич (первый), солист Большого театра. Говорят, что он сам сочинял песнопения и разучивал их с хором.

Князева Ольга Васильевна, 83-х лет, сообщила, что отец ее, рабочий вагоноремонтного завода в Мытищах, тоже был активным прихожанином и на крестный ход носил хоругви. Она вспоминает необыкновенное явление на пасху в детстве. Пасха тогда была ранняя, еще снег лежал, она проснулась и увидела в ночное окно, как по улице плывут и плывут огоньки - это прихожане с пасхальными свечечками возвращались ночью по 7-му просеку к своим домам.

Часть икон церкви, говорят, сохранила Галина Анатольевна, сестра Михаила Барышева, и передала их в Щелковский храм. Барышев пишет, что впоследствии (в 1930-х) церковь переместили в меньшее помещение на том же участке, колокольню убрали (тогда шла борьба с колокольным звоном), но рядом с церковью оставили один колокол. Церковь закрыли около 1936 г. Такова история храма в Загорянке.

Спорт в Загорянке

Спортивные страницы Загорянки могли бы занять целую книгу.

Об этом писал Михаил Барышев, яркие рассказы о баталиях в Загорянке оставил в своей книге «Всю жизнь за синей птицей» и Николай Николаевич Озеров (второй), чемпион страны по теннису и спортивный комментатор. С этим увлечением загорянцев связано и название улицы Теннисная на восточной (незастроенной тогда) стороне поселка, где были и театр, и танцверанды, и спортплощадки. Говорят, что теннисные корты были у небольшого пруда.

Но думаю, теннис вошел здесь в моду еще в дореволюционные годы. Матушка Наталья Соколова упоминает и крокетные поля. По мере прирастания населения спортивные мероприятия стали более массовыми. Появилось несколько волейбольных площадок.

М. Барышев рассказывает о большом энтузиасте спорта В.М. Квиткове: «В 1920-х годах ребята, повзрослев, сделали настоящее футбольное поле, установили ворота, скамейки для зрителей, которых бывало довольно много. Команда собралась сильная. Спортивные встречи проводились довольно часто, футболисты приезжали из разных поселков.

В году 1924-25 гг. Василий Михайлович Квитков построил недалеко от летнего театра теннисную площадку для ребят и стал обучать их игре в теннис. Вскоре к теннису пристрастились взрослые, вытеснив ребят с площадки. Тогда Василий Михайлович сделал рядом еще одну площадку, ее назвали детской. Однако теннисистов все прибывало, организовали Загорянский теннисный клуб, его председателем избрали Афанасия Пахомовича Рослякова. Футбол забросили, почти все переключились на теннис. Он стал таким популярным, что ребят опять начали теснить. Тогда Василий Михайлович вместе с ребятами на той стороне поселка, где не было никаких дач, на одном поперечном просеке, сделал новую теннисную площадку, так называемую лесную.

У Василия Михайловича своих детей не было, и он по своей инициативе занимался с ребятами от пяти до двенадцати лет. Кроме тенниса он обучал игре в волейбол. Правда, мячи были очень легкими, площадки - маленькими, сетки - низкими. Играли также в гольф, были и интересные игры для самых маленьких. Бегали двадцатипяти-, пятидесяти- и стометровки, бросали детскую гранату. Результаты спортивных соревнований фиксировались и объявлялся победитель, как у больших.

Через лесную теннисную площадку прошло много наших ребят, в том числе таких известных теннисистов, как Михаил Корчагин, Николай Озеров, Владимир Зайцев. Со временем наши теннисные площадки превратились в хорошие корты, были увеличены поля за задней линией, установлены ограждения, скамейки для зрителей. Кроме того, построили еще один корт - тренировочный.

В теннис приходили играть врачи, писатели, артисты. Все одевались в белые костюмы, обувались в специальные теннисные туфли. Во время игры царили вежливость, уважение к дамам, к противнику. После игры благодарили за игру, соперники по игре пожимали друг другу руки.

В конце 1920-х годов стали проводить соревнования, образовалась команда. На Загорянку приезжали игроки из Новых Горок, Тарасовки, Мамонтовки и других поселков.

Среди теннисистов были Мориц Слободской, балалаечник Коля Осипов, чьим именем был позже назван оркестр им. Осипова, директор Театра эстрады, один год приходил играть секретарь посольства Японии. Часто приходил играть и директор Московского электрозавода Рябов».

Спортивная энергия у жителей Загорянки не иссякла и в дальнейшем. М. Барышев пишет: «В середине 1930-х годов у нас была большая хорошая компания, многие играли в теннис, в волейбол. Тогда волейбол был тоже популярен, площадок волейбольных на Загорянке тогда было 8 или 10. По вечерам ходили на танцы, которые были хорошо организованы в поселке Пятилетки, в парке около Клязьмы».

Около 1935 года в восточной части поселка (ул. Теннисная, Лагерная и др.) был образован ДСК Электровакуумного завода и началось строительство дач. Появились и другие дачные кооперативы.

Массовые репрессии 1930-х годов ударили и по дачному поселку. Еще в 1927 г. в стране началась кампания по лишению избирательных прав торговцев, бывших фабрикантов, купцов и кулаков, церковников. Чаще всего делался и следующий шаг: у «лишенцев» отбирали дома и они ссылались.

М. Барышев, который и сам попал под удар репрессий, вспоминает нескольких - Рябова, Стеклера, Шкорпила и Мишу Сычева: «Директор электрозавода Рябов был хороший спортсмен, играл у нас в теннис, был на хорошем счету у правительства, имел орден Ленина № 11. Судьба его была трагична, то ли в 1938, то ли в 1939 году его арестовали, и он пропал, как и многие другие, кто был награжден первыми орденами Ленина.

На Загорянке жило много известных людей. Наш сосед Анатолий Николаевич Стеклер работал главным инженером Метростроя. С ним судьба тоже сыграла злую шутку. В 1938 году на правительственном банкете в честь открытия второй очереди метро М.И.Калинин вручил ему орден Ленина № 1121. В ту же ночь его арестовали в нашем поселке, и больше его никто не видел.

В 1938 году забрали и другого нашего соседа Шкорпила, по национальности чеха, который работал ведущим инженером на Московском шарикоподшипниковом заводе, он тоже пропал.

Был еще один теннисист, тоже наш сосед, Миша Сычев, военный, он в петлице носил ромб, это по-современному генерал. Симпатичный, веселый, жизнерадостный и очень скромный, он тоже в 1938 году куда-то пропал».

Жительница Загорянки Горелова Елена Ивановна в 2008 году сообщила еще об одной жертве: ее свекор Горелов Константин Николаевич 1894 года рождения погиб в ГУЛАГЕ (28.3.1941). Он был организатором дачного кооператива «Пятилетка» (ул. Дзержинского), директором крупного станкостроительного завода «Комсомолец» в Егорьевске Московской области. В Первую мировую войну попал в плен, жил в Болгарии, работал с болгарскими коммунистами в тесной связи с Георгием Димитровым. Арестован 14.12.1937. Дачу реквизировали.

Растущая численность поселка привела к необходимости образовать собственный поселковый Совет. До этого, вероятно, «засоренность» поселка буржуазными элементами и «врагами народа» сдерживала власть от этого шага. Сельсовет был в Мальцеве, и дачники, и постоянные жители при необходимости отправлялись туда для контакта с властями. Внутренние дела решали с «уполномоченным» по поселку.

В 1939 был образован поселковый совет. Председателем исполкома был избран Сергеев Виталий Иванович (1939-1941). В том же году в поселке была открыта библиотека.

«В 1939 году на 9-м просеке (теперь ул. Свердлова) в том трехэтажном доме Мартинсона-Ферекеля, где до 1935 года жила наша семья, открылась начальная школа, где занимались только 1-й и 2-й классы. В 1940 году ее сделали семилеткой. Директором была назначена Галина Павловна Сорокина.

Осенью 1940 года по решению горисполкома началось строительство школы № 1 за железной дорогой, на улице, которая носит теперь название Школьной. Но с началом войны строительство затормозилось, и открытие школы-семилетки состоялось только 23 февраля 1942 года». Первым директором новой школы была Курашова В.А. За успехи школы и свой педагогический труд впоследствии она была награждена орденом Ленина» (из воспоминаний М. Барышева, работавшего после войны военруком, а брат его - учителем физкультуры).

В 1941 была открыта медицинская амбулатория.

Сотни загорянцев ушли на защиту Родины от гитлеровских захватчиков. Оставшиеся работали на соседних оборонных предприятиях, в тяжкий период обороны Москвы рыли окопы и противотанковые рвы, устраивали лесные завалы на каждом танкоопасном направлении. Их героизм останется в памяти поколений навсегда.

Бережно хранит Загорянка память о погибших. В начале 1960-х годов жители поселка и учащиеся школ начали сбор средств на памятник погибшим землякам, собрав свыше 8 тыс. руб. Он был поставлен в 1967 году рядом с железнодорожной линией, у шоссе из Щелкова. На стеле выбито свыше 200 фамилий, а у памятника установлены стенды с портретами 120 павших бойцов Великой Отечественной войны. Наш поселок - единственный в районе, где собранные материалы о погибших размещены на стендах у памятника Павшим. Ежегодно сюда приходят жители в День Победы, принесшей долгожданный мир. В 2008 году в поселении проживало более 250 фронтовиков, сражавшихся с врагом на море, в небе и на земле.

В Загорянске расположен Учебный центр и Музей железнодорожных войск РФ. История его начинается с довоенных времен (около 1936 г.), когда в Валентиновке (в усадьбе Дашковых «Белая дача») разместился запасной «учебный» железнодорожный полк. Быстро, в порядке практики, они провели от станции Соколовской ветку, и началась подготовка специалистов - военных железнодорожников. В октябрн 1941 г. полк был эвакуирован в Нижний Тагил. Возвратившийся в 1943 г. полк дислоцировался юго-восточнее Валентиновки и стал тянуть новую ветку от Соколовской. Для фронта было подготовлено около 20 тысяч путейцев, мостовиков, электромехаников, телеграфистов и других квалифицированных бойцов.

Проходившие службу в полку не только совершенствовали своё мастерство, но и выполняли значительные объёмы работ на таких важнейших участках железнодорожного строительства, как Новороссийск - Тоннельная, Кизил - Пермь, Есиль - Тургай, Омск - Иртышское, на подъездных путях к ВАЗу в Тольятти, в развитии московского железнодорожного узла, БАМа и т.д. Всего за послевоенный период личным составом было уложено более 1500 км пути, забалластировано более 200 км, уложено 200 стрелочных переводов, построено 150 км воздушных и более 100 км кабельных линий связи.

В 1967 г. за успехи в боевой и политической подготовке полк награждён Памятным знаменем ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР. В 1968 г. полку присвоено имя Ленинского комсомола. В 1969 г. полк переформирован в Учебный центр, который в настоящее время является ведущим в железнодорожных войсках. На его базе проводятся различные мероприятия, ведётся подготовка специалистов по более чем 30 специальностям.

20 февраля 1976 г. на территории Учебного центра, в клубе войсковой части был открыт Музей железнодорожных войск Российской Федерации.

Весной 1942 г. в усадьбе «Белая дача» разместилась Высшая школа командирского состава (ВШК). За годы войны здесь на офицерских курсах были подготовлены тысячи командиров для армии. Здесь они проходили летнюю практику по топографическим съемкам и геодезии.

Школа (сегодня - Офицерские курсы) осталась здесь надолго. Лет 20-30 назад в этих краях можно было встретить и чернокожих и мулатов из стран, борющихся за независимость или из дружественных государств Латинской Америки и Африки, создававших новые «народные» кадры офицеров. В интернете поговаривают, что знаменитый команданте Че Гевара тоже обучался здесь.

После войны в Загорянке построили клуб-кинотеатр. В дальнейшем в одной из дач появился медпункт, во вновь построенном помещении - аптека, а позже - больница (в конфискованной даче знаменитой певицы Руслановой), клиническая лаборатория, поликлиника, почта, ателье, магазины. Подводились вода, газ, электричество.

Число постоянных жителей в 1926 г. было 300, в 1939 - 2,5 тыс., в 1959 г. - 7 тыс. Дачный поселок соединился с соседним Соколовским (в 1969 г.) с 105 домовладениями (ок. 500 чел., в основном рабочие и служащие завода металлоконструкций, Домостроительного комбината и Краснознаменской фабрики) и дачной Валентиновкой (с 1971 г.). Всего в 1976 насчитывалось 135 улиц длиной 93 км.

В 1929 г. по железной дороге пошли электропоезда, что значительно улучшило экологию окружающей территории. В 1964 г. завершено строительство 2-го пути, а деревянная платформа заменена двумя бетонными платформами. В сутки пошли 50 пар поездов.

Из 80 км дорог поселка к 1976 г. 20 км были заасфальтированы, 45 км засыпаны щебенкой, заасфальтированы и 45 км тротуарных дорожек. Первый автобус пошел по Загорянке в 1936 г. - от платформы до дома отдыха Соколовский, в 1954-м - автобус от пл. Загорянская до пл. Болшево, а в 1963-м и до станции Щелково.

В 1971-1975 построено пять 3-этажных жилых дома Щелковского листопрокатного завода, начал строиться городок по улицам Орджоникидзе-Димитрова на 500 квартир, 16-квартирный дом для учителей.

Сегодня на территории поселка два военных жилых городка.

В 1951 загорянская семилетка получила статус средней школы. В 1955 г. пристройкой увеличено в 2 раза число классов. Много сил для этого приложили ее послевоенные директора, фронтовик Милов П.С. (награжден орденом Ленина) и Афиногенова В.А. Это уникальная школа, выпустившая в большой мир техники двух дважды Героев Советского Союза - космонавтов Валерия Викторовича Рюмина и Александра Павловича Александрова. Замечательных учителей школы помнят сотни ветеранов-загорянцев.

Старенькая школа в бывшей даче Мартинсона-Ферекеля на 9-м просеке наконец-то была разобрана и на этом месте в 1963 г. построено новое здание 8-летней школы № 2. Первым ее директором стала Денисова Н.К., завучем Попова В.П. В 1968 г. она была преобразована в среднюю школу (директор Гиршович В.С.).

Росла активность жителей. В 1976 г. в поссовете было 68 депутатов, 8 постоянных комиссий, 3 депутатские группы. Председателем исполкома тогда был Волик Василий Сергеевич, заместителем фронтовик Штульберг Матвей Яковлевич - по его инициативе при поддержке влиятельных дачников было начато глобальное переустройство Загорянки: телефон, водопровод, клуб, поликлиника на 250 посещений. Вошел в строй детский комбинат. В последующие годы построены комбинат бытового обслуживания, организованы 2 пункта прачечной, больница на 40 коек, детская амбулаторная аптека. Дом отдыха «Соколовский» построил летние домики и расширил свой прием на отдых до 500 отдыхающих в смену.

Загорянская детская школа искусств имени Ю.А. Розума (рис. 17)), известного пианиста, берет начало с осени 1958 г., когда в загорянском клубе открылся филиал Щелковской ДМШ.

Первым директором школы была Локтева Мария Ивановна, добрейший человек, замечательный музыкант и энергичный руководитель. Она с такой любовью вела занятия с хором и уроки сольфеджио, что многие помнят их до сих пор.

Занятия вели педагоги: Крашенинникова Ольга Андреевна, Семенова Елена Викторовна, Астахов Алексей Николаевич и другие. Учащиеся выступали в праздничных концертах, проводимых в клубе. Постепенно и сам клуб активизировал свою деятельность, появились хоровой, хореографический, драматический кружки.

И вскоре Загорянская музыкальная школа перебралась в новое для себя помещение - дом на ул. Дзержинского. Помещение это принадлежало одной Московской организации и в летнее время использовалось для выезда на отдых своего детского сада. Все остальное время было предоставлено музыкальной школе.

В 1962 г. благодаря районному отделу культуры (зав. отделом Пичкалева Нина Сергеевна) и общественности поселка школа получила ещё одно здание на улице Орджоникидзе (ныне Димитрова) - для детей, живущих в Железнодорожном полку. Директором в то время была Туманянц Марианна Сергеевна - очень энергичная, волевая женщина. Менялись педагоги, появлялись новые, молодые и талантливые. Все они внесли большой вклад в становление школы, своей профессиональной работой поднимая ее авторитет. Педагог Кириллов Владимир Яковлевич впервые создал в школе ансамбль народных инструментов. Дети играли на баянах, аккордеонах, домрах. Кириллов В.Я. сам сочинял пьесы для ансамбля, делал интересные аранжировки произведений. Педагог Веников Вячеслав Васильевич и сам руководитель своей виртуозной игрой украшали ансамбль. Дуэт Веников-Кириллов был постоянным участником всех концертов в поселке. Играли они просто божественно.

Именно в те годы из стен школы вышли достойные выпускники, продолжившие музыкальное образование: Осадчая Наталья, Рязанцев Николай, Косятова Татьяна, Генсицкая Галина, Черемных Татьяна.

В 1972 году директором школы стал Тарасов Анатолий Николаевич. В эти годы школа получает помещение на улице Тургенева - бывший учительский дом, который ранее принадлежал известному архитектору Мирону Мержанову. Появляются новые талантливые педагоги: Хаустович Олег Петрович, Шестакова Лариса Сергеевна, Лукоянова Людмила Михайловна. В эти годы в школе работает иллюстратором Бойцов Анатолий Михайлович, солист Московского музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. С его приходом преображается класс аккомпанемента. Красивый мощный голос, замечательный репертуар настраивали учащихся на настоящую творческую работу.

С 1979 года по 1995 год директором школы была Нечаева Ирина Георгиевна. В этот период встал вопрос об обновлении инструментальной базы. Большую поддержку в этом оказал Щёлковский отдел культуры и председатель Загорянского поссовета Кучин Г.М.. С их помощью в школе появились два новых пианино, два рояля, скрипки, виолончели, выборный баян, аккордеон, а две домры и балалайка были изготовлены по спецзаказу.

С 1999 по 2007 год директор школы Тяжлова Ирина Валентиновна открывает художественное, хореографическое, театральное отделения. Школа получает статус Детской школы искусств, а к 45-летию ей присваивается имя народного артиста России Юрия Александровича Розума. В январе 2007 г. директором была назначена Суминова Наталья Георгиевна (рис. 17-2).

Достопримечательности Загорянки

Муса Джалиль в Загорянке (дача Сейфулиных, ул. Лагерная, д. 6)

"Жизнь моя песней звучала в народе,

Смерть моя песней борьбы прозвучит"

Джалиль.

Муса Джалиль (15.2.1906-25.8.1944) - татарский поэт-патриот, казнен на гильотине гитлеровцами в 1944 г., Герой Советского Союза (1956, посмертно). Лауреат Ленинской премии (1956 г.) за книгу стихов «Моабитская тетрадь».

В 1935 г. служащий Электролампового завода Кутус Сейфулин купил недавно построенную дачу в ДСК предприятия. Его дочь Амина вышла в Москве замуж за поэта Мусу Залилова (Джалиль - псевдоним). Поэт работал тогда в молодежных журналах, выходящих на татарском языке, а затем заведовал литчастью татарской оперной студии при консерватории. У них родилась дочь Чулпан. На дачу в выходные дни приезжали Мусса и Амина с Чулпан (Рис. 18).

В 1938 г. они уехали в Казань, где был построен оперный театр. Муса не раз приезжал в Загорянку в 1939-1941 гг. во время своих командировок в Москву как Председатель Союза писателей Татарии.

Как вспоминала жена, Муса очень любил Загорянку: «По субботам облачался в лыжный костюм и уезжал зa город, в подмосковное местечко Загорянка, где жили мои родители. Субботний вечер и воскресенье он обычно проводил в лесах Подмосковья, находя радость в одиноком общении с молчаливой зимней природой. Его страсть к спорту отразилась в стихотворениях «Следы лыж», «Во время катанья на лыжах».

Нередко Муса катался на лыжах в одной майке. Он не боялся зимы и как бы бросал ей дружеский вызов. Под зимним солнцем его мускулы отливали густым летним загаром и даже как будто успевали еще немного загореть.

Уйдя на фронт, в 1942 г. со 2-й Ударной армией попал в окружение и оказался в плену. Немцы сформировали отдельные мусульманские лагеря, а затем на их базе легион «Ивдель-Урал». В легионе быстро создалась подпольная группа, Муса стал работать в татарской газете. Выпуск листовок, агитационная опасная работа дала результат: первый же полк легиона, отправленный в Белоруссию, перешел на сторону партизан. Но подпольщики были выслежены и арестованы гестапо. В Моабитской тюрьме, пока шло следствие, Муса написал 2 тетрадки стихов. 25 февраля 1944 г. Муса и 10 его соратников по подполью были казнены.

Одна тетрадка стихов Мусы была сохранена сокамерником-бельгийцем и передана в 1946 г. в СССР. Первые стихи из нее увидели свет после смерти Сталина. Затем его произведения разошлись по всей стране и стали истинным свидетельством высокого героизма поэта.

Музей железнодорожных войск

Он расположен в городке Учебного центра железнодорожных войск Министерства обороны РФ. В четырех залах музея общей площадью 700 м2 размещены более 15 тысяч экспонатов. Среди них холодное и огнестрельное оружие, награды, макеты техники и построенных объектов, документы, форма одежды военных железнодорожников в разное время, фотографии, электрифицированные схемы, дающие возможность представить, как развивались железнодорожные войска с августа 1851 года, когда директивой императора Николая I были образованы первые подразделения военных железнодорожников.

Музей имеет макет первого в мире паровоза отца и сына Черепановых, станционный колокол XIX века, подрывную машинку русской армии времен Первой мировой войны, инструменты для восстановления и ремонта путей, буденовку, пулемет "Максим", фронтовую кузницу в натуральную величину, а также экспонаты, рассказывающие о трудовых буднях военных железнодорожников на мирных стройках. Диорамы дают представление о напряженном труде на объектах, нередко под обстрелом и бомбежкой врага.

В недалеком будущем этот Музей займет свое особое место в Золотом кольце музеев и усадеб Щелковского края, по которому знакомиться с достопримечательностями будут школьники и взрослые. Для посещения Музея нужно предварительно подать заявку на имя командира в/ч 12672 (тел. 56-6-97-66 и 56-6-73-86).

Бугры

Достопримечательностью Загорянки является берег Клязьмы. Если вы пройдете к реке по ул. Дзержинского и затем по узкому спуску, разделяющему северную часть Загорянки и усадьбы старинной деревни Васильевское, то вашим взорам откроется удивительно красивое место. Клязьма описывает здесь широкую дугу, создавая прекрасную панораму с видом на противоположный берег, а также на многие километры вверх и вниз по течению в сторону посёлка Болшево и села Образцово.

Как писал краевед города Королева Б.М. Ежов, сюда в 80-х годах XIX века любили приезжать на этюды художник В.Д. Поленов и его ученики В.А. Серов, И.И. Левитан, К.А. Коровин, И.С. Остроухов, а также М.В. Нестеров. Они называли это место Буграми. Поводом для такого названия, возможно, послужила живописная возвышенность справа и пологий склон от нее к реке, с которого открывается чудесная панорама на клязьминские дали.

Сестра В.Д. Поленова Елена Дмитриевна в письме к Елизавете Григорьевне Мамонтовой писала: «К нам (в Болшево. - Б.Е.) приехал Нестеров.., прожил у нас два дня и произвёл на нас очень хорошее впечатление. Написал два этюда. Один с меня на Буграх, другой - пейзаж».

Один из этюдов Левитана так и называется «Бугры». В.Д. Поленов написал на Буграх картину «Река Клязьма».

В 1950-х годах, запруженная Клязьма разлилась здесь на полкилометра и создала тогда поистине «морской» ландщафт.

Среди жителей и дачников Загорянки было и есть столько замечательных людей с известными на всю страну фамилиями, что для описания их всех потребуется отдельная книга.

Упомянем Владислава Третьяка и Юрия Никулина, Михаила Жарова и генерала Варенникова, архитектора Мирона Мержанова и селекционера Н.С. Чуйкова (чей гладиолус «Юрий Никулин» вошел в герб поселка еще в 1989 г. и был утвержден в 2007 г.), драматурга Гладкова и барда Владимира Оксиковского, заслуженного художника России Холмогорова и многих других.

Клуб «Валентиновский»

Улица Валентиновская - это название сохранилось от дачного поселка начала ХХ века. Наиболее примечательным местом Валентиновки является здание клуба с библиотекой.

По местной легенде, 2-этажный просторный дом (клуб «Валентиновский» на ул. С. Лазо) был построен неким ивантеевским фабрикантом для своей любовницы Верочки как приданое при выдаче ее замуж за юриста Игнатовича. Рассказывают, что перед этим он точно также в глубине участка построил дачу для старшей ее сестры Марии - более ранней его подруги, которую фабрикант выдал замуж за биржевого маклера Джонсона. Отдав затем свое сердце средней сестричке Варе, он и ей напротив построил дом и выдал замуж за Григорьева. Вот такая романтическая история о любвеобильном фабриканте.

Конец своей жизни сестры Вера и Варвара доживали в этом сохранившемся доме. Сын Веры, Николай, погиб на фронте, дочь, оставшись одна после смерти матери, нашла приют в больнице. Дом перешел в ведение поссовета и стал использоваться для общественных нужд.

В этом доме теперь размещаются и клуб, и замечательная библиотека, и Совет Ветеранов и различные кружки.

Дом отдыха «Соколовский» (усадьба сельца Красниково)

Рассказ о недавно еще известном доме отдыха - хороший повод сообщить краткую историю сельца Красниково, в усадьбе которого и расположился потом дом отдыха. Во времена генерального межевания 1767 г. (см. вставку на карте Валентиновки) это - «сельцо Московского уезда, Бохова стана, владение генерал порутчика и ковалера, князя Сергея Федоровича Хованского. Пашни было 30 десятин, лесу 159 д., луга 12 д., под селением 2 д., дорога - 2 д., речек и болот 7 д., всего 214 десятин, душ - 46». После 1852 г. оно как сельцо не упоминается, а только как Красниковская мыза, т.е. только усадьба.

К началу ХХ века здесь еще оставались усадебные постройки. В том же описании Валентиновки хозяева сообщают о них: «В имении продается и отдается в аренду большая оранжерея, прекрасная конюшня с 30 денниками...».

Большим овалом на целых два квартала на карте Валентиновки указан беговой круг для выгула лошадей. Правее от него на Сергеевском проспекте (бывшая дорога на Серково) еще видны на плане здание усадьбы и хозяйственные постройки.

В послевоенное время здесь выстроили кирпичный корпус для отдыхающих. В 1990-е годы он пришел в упадок. Сейчас при новых хозяевах все это пространство находится в режиме обустройства.

Древняя история села Оболдино и сельца Супонево

В состав городского поселения Загорянский с 2005 г. включены два соседних селения - Оболдино и Супонево. Стояли они в старину на самой древней дороге нашего края - Хомутовском тракте, который шел из Москвы через Гольяново и Оболдино на Хомутово-Богослово-Орлово-Петровский и далее на север - к Юрьеву-Польскому и стольному граду Владимиру.

Впервые Оболдино упоминается в писцовых книгах 1623 г. как пустошь, т.е. без жилых домов. Была она в Пехорском стане, куплена в вотчину Иваном Гавриловичем Чириковым. При сыне его Андрее в 1678 году - это уже деревня «с двором вотчинным и задворными двумя дворами с 5 чел.».

В 1705 году стольник Михаил Ильич Чириков поставил здесь Никольскую церковь с приделом Архистратига Михаила, святого ангела-покровителя владельца селения, но к освящению она была готова только в 1728 г.

Род Чириковых отличился на службе, известно имя брата - мореплавателя Алексея Ильича Чирикова (1703-1748), капитана-командора, помощника Витуса Беринга. Один из открытых экспедицией Беринга островов назван именем Чирикова.

Генеральное межевание 1767 г. отметило, что село Никольское Оболдино тож принадлежит жене генерал-аншефа Федора Ивановича Ирине Александровне Вадковской (будущей бабушке двух знаменитых декабристов). В селе 27 домов с 169 жителями. Здесь же отмечено, что «крестьяне на оброке, промышляют хлебопашеством и извозом в Москве, работают и по фабрикам, и во оном селе крестьяне ткут шелковые платки и кушаки. А женщины прядут лен и шерсть, ткут полотно и сукна для своего употребления и на продажу». Вот такой деловой народ - наши оболдинцы. В 1767 году генерал-аншеф построил новый деревянный храм.

В 1839 г. новый владелец, гвардии полковник Иван Петрович Мусин-Пушкин, подал прошение о постройке каменного Никольского храма с приделами Иоанна Богослова и святых праведных Захария и Елизаветы. Он выделил для этого средства, и хотя Оболдино было продано затем подпоручице Александровой Марии Михайловне, владевшей деревнями Супонево и Ледово, но новая хозяйка по купчей обязывалась такую церковь построить. В 1847 гг. строительство храма и его обустройство было завершено.

В 1877 г. селе 47 дворов (119 муж. и 137 жен.). У крестьян 186 дес. земли, 28 лошадей и 26 коров.

Из исследований в архивах получено имя последнего священника - Екатеринославский Петр Иванович. Чудом, благодаря Н.Н. Чистову из поселка железнодорожного полка, найдены были его потомки - дети дочери священника Ольги - Лидия и Галина Алексеевны. Они и прояснили судьбу деда: в 1930 г. его выслали в Ивановскую область (Шуя), там он служил в храме с. Дунилово, был арестован по обвинению в антисоветской деятельности и расстрелян 17 ноября 1937 г.

После ссылки священника храм был закрыт и передан «под клуб и школу», но здание быстро перешло к новому предприятию - артели «Лакокраска».

В 2002 г. молодой настоятель о. Алексий Мареев с благотворителями построили новый небольшой деревянный Никольский храм, где и были начаты богослужения. В 2007 г. возвели церковный дом с трапезной и залом для занятий воскресной школы. Начата работа по возвращению храма Русской Православной Церкви.

Рядом с Супоневским прудом археологи нашли следы селища XIV-XVI веков, что говорит о достаточно древней истории поселения. Пока имеется только упоминание 1767 года, когда оно названо усадебным сельцом.

Происхождение названия, вероятно, от фамилии Супоневы (1527 г. - воевода Федор Васильевич Супонев и дворяне в Новгороде, откуда многих переселяли под Москву, и в Костроме).

В 1812 г. сельцо Супонево Московского уезда было владением графини Елизаветы Федоровны Мусиной-Пушкиной - её подмосковной усадьбой. Свой дом в Москве она завещала племяннику - Мусину-Пушкину И.П. Видно его тщанием поставлен и сохранившийся здесь памятник на ее могиле с надписью «Благодетельнице и тетушке».

P.S. Сбор архивных материалов по истории поселка и его обитателях продолжается. Поступление новых интересных данных будет отражаться на нашем сайте.

По материалам, предоставленным краеведом

Георгием Васильевичем Ровенским

Создание сайта It-crafts